Наследие некроманта - Страница 44


К оглавлению

44

Видя, как него надвигается смерть, некромант визгливо заорал и ткнул жезлом в холку зверя. Но сгарх просто не успел — атака оказалась слишком неожиданной и быстрой. Незнакомец в черном плаще ниргала уже преодолел разделяющее их расстояние и оказался совсем рядом со зверем. Еще один прыжок, и воин перелетел через вскинувшего морду сгарха и легко приземлился на ноги позади него. Некромант едва заметно покачнулся, его визг словно отрезало, голова гоблина откинулась назад открывая страшную рану на горле. Безголовое тело еще мгновение сидело совершенно прямо, исторгая из обрубка шеи струи ярко-красной крови, а затем медленно завалилось навзничь и сползло вниз.

Оставшийся без хозяина зверь оглушительно взревел и буквально размазался в воздухе — настолько быстрыми стали его движения. Следующие несколько минут я видел только два черных силуэта, мечущихся в ущелье, взметая в воздух снежную пыль и пятная землю кровью. Все происходило столь быстро, что я не мог увидеть отдельных движений и лишь пораженно разевал рот, стараясь понять хоть что-нибудь в мелькающей кутерьме. Такого я еще не видел. Невероятно быстрый воин сошелся в смертельной схватке с порождением некромантской магии, не уступающим ему в быстроте движений. И больше всего меня пугало то, что оба противника, по сути, являлись моими врагами и просто жаждали пустить мне кровь. Судя по ошеломленным лицам окружающих меня воинов, они тоже впервые увидели столь смертоносные создания. Как противостоять такой силе и быстроте, я не мог и представить. Это попросту невозможно.

Остальные ниргалы продолжали размахивать мечами, не выказывая ни малейших признаков усталости, и уже изрядно проредили нежить. Но и сами несли потери — на ногах осталось лишь пятеро воинов, из которых только четверо уверенно стояли на ногах. Пятый ниргал заметно пошатывался и волочил ногу, что не мешало ему раз за разом опускать свой меч на хрупкие черепа врагов, которых осталось не столь уж много, а вскоре стало еще меньше. Сцепившиеся в драке сгарх и незнакомец влетели в толпу нежити, походя снесли нескольких мертвяков и, похоже, даже не заметив этого, продолжили сражаться. Но так не могло продолжаться долго, и через долю мгновения оба бойца резко замерли на месте, что позволило мне рассмотреть происходящее в деталях. Широко расставив лапы, черный сгарх с ревом тряс мордой по сторонам, мертвой хваткой стиснув в пасти своего врага и все сильнее сдавливая чудовищные челюсти, по которым ручьем стекала кровь. Именно в этот момент незнакомец издал свой первый звук — он буквально зашелся в истошном крике боли, но не сдавался и раз за разом погружал в шею сгарха свои мечи на всю длину клинка. Сгарх вновь встряхнул мордой, и я с ужасом увидел, что человека в его пасти буквально разорвало пополам — верхняя часть тела отлетела в сторону и тяжело упала в снег, а нижняя так и осталась в пасти зверя, насаженная на огромные клыки. Черный сгарх пошатнулся и обессилено разжал челюсти, выпуская изуродованные части человеческого тела. Зверь придавил останки врага когтистой лапой и, задрав голову к серому зимнему небу, издал леденящий кровь рев победителя. Тяжело пошатнулся, и истекая кровью из многочисленных ран, медленно опустился на заснеженную землю. По спине зверя прошла сильная дрожь и он окончательно затих.

Прямо под нашими ногами, у самого подножья стены, оставшиеся четверо ниргалов добивали жалкие остатки мертвого воинства, но я не отрывал глаз от места недавней схватки, где сошлись сгарх и незнакомый мне воин в черном плаще. Столь дикая ярость и пренебрежение к смерти достойны почтения.

Ниргал в последний раз опустил меч, и восставший шурд умер во второй раз. Он был последний из поднятых некромантом мертвяков. Четыре фигуры в рваных черных плащах одновременно развернулись и пошагали прочь от стены, направляясь к глубокому сугробу, куда отлетел их хозяин. Вернее, то, что от него осталось. Секунду я глядел в спину мерно шагающих ниргалов, затем перевел взгляд на дно ущелья, что превратилось в филиал ада — по крайней мере именно так я себе его и представлял в своих самых страшных кошмарах. Повсюду изрубленные тела, обломки костей и черепов, земля и снег густо залиты кровью погибших воинов. В кровавом месиве тел еще угадывается смутное движение — некоторые из мертвяков вяло шевелят разрубленными головами и обрубками конечностей, силясь приподняться. В глазницах уцелевших черепов медленно угасает багровое пламя, ставшее заметным в наступающем закате. За всеми этими событиями я и не заметил, как день закончился.

— Ох не зря мы стену освятили, ох не зря, — несколько отрешенно пробормотал священник, медленно осеняя себя священным знаком. — Иначе и по ту сторону стены мертвяки поднялись бы. Спас Создатель, не попустил…

— Ага… — машинально кивнул я, тяжело шагнул вперед и обессиленно опустился на комель бревна. — Это точно… Как, говорите, это заклинание называется? Черное солнце погибели? Вот уж точнее некуда, святой отец. Прямо в точку угодили.

— Господин, что с ниргалами делать будем? — пророкотал Рикар, садясь рядом со мной.

— Пока ничего, — ответил я и, предупреждая возражения, пояснил: — Сейчас мы ничего не можем сделать. На стену они не лезут, значит, бревном их пришибить, как в прошлый раз, попросту не получится. Наши стрелы бессильны против их брони, а в ближний бой с этими тварями я встревать не хочу. Подождем немного, Рикар, подождем.

— Уже дождались, господин, — встрял Литас и ткнул пальцем вниз. — Они идут к стене. И труп с собой тащат. Вернее, половину трупа. А один из ниргалов черной тряпкой в воздухе машет. Не иначе белой ткани не нашлось.

44